Русский язык, словесность и историю, а также танцы, верховую езду и фехтование преподавали специальные учителя, которых приглашали "по билетам". Учитель сменял гувернера.
    Большинство русских дворян, по традиции, готовили своих детей к военному поприщу. Мальчика с рождения записывали на военную службу.
Петруша Гринев, поступая в семнадцать лет на службу, получает от отца ряд нравственных наставлений: "береги честь смолоду", "на службу не напрашивайся, от службы не отговаривайся".
    Философия детства, которая обнаруживается в повести, требует, чтобы в ребенке прежде всего воспитали честь и ум.
    В "Записке о народном воспитании" Пушкин писал: "16-17 лет дворянский юноша заканчивал учение, чтобы вступить в службу или пуститься в свет". Заканчивался период детства и начиналась взрослая жизнь.
    В отличие от Петруши, который воспитывался дома, сам Пушкин получил прекрасное образование в Лицее, которое приравнивалось к университетскому ("Пушкин – лицеист"; худ. А.С.Андреев. 1979). Девочка-дворянка в конце XVIII - начале XIX веков из рук крепостной нянюшки поступала под надзор гувернантки - чаще всего француженки, иногда англичанки.
Образование молодой дворянки было, как правило, более поверхностным, и чаще всего домашним. Оно обычно ограничивалось навыком бытового разговора на одном-двух иностранных языках, умением танцевать, держать себя в обществе, элементарным навыкам рисования, пения и игры на каком-либо музыкальном инструменте ("Портрет детей Карла Гайли", 1830-40 гг., неизвестный художник).      Иные барышни получали светское воспитание и образование в учебных заведениях типа Смольного института благородных девиц или Екатерининского института.
    Одним из излюбленных занятий барышни было рукоделие (столик для рукоделия

В повести "Капитанская дочка" Пушкин пишет: "…Мария Ивановна села в угол и стала шить". (В витрине вышивка цветной шерстью крестом , 1845 г.).
     С конца XVIII в. до 80-х г. XIX было широко распространено увлечение бисером, о чем свидетельствует коллекция старинного бисера из собрания музейного фонда.
Известно, что во II пол. XVIII – нач. XIX вв. в России при многих помещичьих усадьбах существовали небольшие мастерские, в которых крепостные девушки занимались всякого рода рукоделием. Обычно дворовых девочек 8-10 лет посылали обучаться рукоделию в мастерскую, известную своим высоким уровнем. Кончив обучение, девочка возвращалась к своим хозяевам уже опытной мастерицей, способной выполнять сложные работы и обучать других своему искусству. Вышивальщиц в старину называли "пялишницами".
    Особое место в жизни девочек-барышень занимали балы. "Там будет бал, там детский праздник" – писал Пушкин в романе "Евгений Онегин". И мы видим бальные атласные туфельки I пол. XIX в., сумочки из шелка и бархата конца XVIII – нач. XIX вв., рожок для прикрепления цветов к платью сер. XIX в., а также работы современного мастера Г. Медведевой на тему бала, карнавала, героев пушкинских сказок.
    Дамами на детском балу были 13-16-летние барышни, приезжавшие в сопровождении матерей. Возраст кавалеров мог быть самым разнообразным. Детские праздники начинались и оканчивались раньше балов для взрослых.
     С. Л. Пушкин, отец поэта, часто устраивал в своем доме танцевальные вечера для детей, на которые съезжались все знакомые. В 1805-1811 гг. Пушкин посещал такие танцевальные вечера у кн. Трубецких и Бутурлиных. По четвергам он со своей сестрой Ольгой и матерью Надеждой Осиповной посещал балы у Йогеля.
    Детские балы у Йогеля пользовались наибольшей популярностью в Москве, (один из таких балов описан в "Войне и мире" Л. Толстого). По свидетельству современников, святочные балы у Йогеля были самым ярким явлением в светской жизни Москвы.
Чаще всего праздники приурочивались к какой-нибудь дате: именины, Рождество, Святки, Новый год. Иногда они растягивались на несколько дней. К ним тщательно готовились: мастерили костюмы, придумывали сценарий, готовили сюрпризы и подарки-сувениры. 
     Одной из самых распространенных забав во время праздников являлись детские спектакли. Актерами в таких постановках были сами дети, хотя иногда и взрослые принимали участие. Сценарий, как правило, писался родителями, а иногда для постановки выбирали пьесу из взрослого репертуара.
    Бал, рождественская елка устраивались в гостиных. Зачастую интерьер их украшали картины с изображениями библейских сюжетов ("Мадонна с младенцем",
конец XVIII в., неизвестный художник), семейные портреты, фотографии. На выставке представлена ценная коллекция фотографий конца XIX века из рода Б. Г. Карпова, внука Е. Н. Вульф, тригорской приятельницы А. С. Пушкина.
    Картина современного художника В. М. Секрета изображает Троице-Сергиеву Лавру. В Рождество дети вместе с родителями ходили на службу в храм.      Рождественская елка объединяла всех детей: и дворянских, и крестьянских. Вместе дети предавались зимним играм, катаниям на санках (гравюры худ. А. О. Орловского "Качели", 1826 г. и "Катание на санях" с оригинала XVIII века).
     А. К. Толстой в повести "Детство Никиты" описывает детский рождественский праздник: "В гостиной от пола до потолка сияла елка множеством свечей. Она стояла, как огненное дерево ... свет от неё шел густой, теплый, пахнущий хвоей, воском, мандаринами, медовыми пряниками.
.    ..В гостиной раскрылись двери, вошли деревенские мальчики и девочки".
Рождество – это праздник радостного чуда, сказки. И здесь уместно вспомнить сказку Гофмана "Щелкунчик". В ней удивительно тонко передается таинственная атмосфера ожидания праздника: "Вы все, конечно, знаете тот особый праздничный запах, когда кажется, что к нам в гости пришел  душистый лес вместе с самым сладким уголком кондитерской. В гостиной отец вешает на елку стеклянные украшения, а матушка перевязывает лентой подарки. Отсюда, из этой комнаты, и ширится по всему дому сладкий рождественский аромат. В воздухе тихо и нежно играют невидимые музыканты. Такую музыку человек слышит лишь в предвкушении большой радости."
     И поэтому так уместны здесь фантазии на тему "Щелкунчика" худ. О. Крестовской и деревянные фигурки, исполненные Б. М. Козминым.
    Современный мир детства отражен в работах художника Б. М. Козмина, ретроспективной идиллии Н. Аксеновой, её 10-летней дочери Александры: "Цирк", "Зимние фантазии".